- - - - - - - - - - - - - - - -

НОВОСТИ МУЗЕЯ

- - - - - - - - - - - - - - - -

 

- - - - - - - - - - - - - - - -

Информация о музее

- - - - - - - - - - - - - - - -


- - - - - - - - - - - - - - - -

Залы музея

- - - - - - - - - - - - - - - -


- - - - - - - - - - - - - - - -

Наши работы

- - - - - - - - - - - - - - - -

 

- - - - - - - - - - - - - - - -

Наши «изюминки»

- - - - - - - - - - - - - - - -

 

- - - - - - - - - - - - - - - -

Наши конкурсы

- - - - - - - - - - - - - - - -

 

- - - - - - - - - - - - - - - -

Книга отзывов

- - - - - - - - - - - - - - - -

 

- - - - - - - - - - - - - - - -

СМИ о музее

- - - - - - - - - - - - - - - -

 

- - - - - - - - - - - - - - - -

Наши награды

- - - - - - - - - - - - - - - -

 

- - - - - - - - - - - - - - - -

Партнеры и помощники

- - - - - - - - - - - - - - - -

 

- - - - - - - - - - - - - - - -

Народные умельцы
холуницкой земли 

- - - - - - - - - - - - - - - -

 

- - - - - - - - - - - - - - - -

Исторические закладки

- - - - - - - - - - - - - - - -

 

- - - - - - - - - - - - - - - -

Памятные даты

- - - - - - - - - - - - - - - -


- - - - - - - - - - - - - - - -

Экскурсия по району

- - - - - - - - - - - - - - - -

 

karta-rayona

 

 

Отзывы о ресторанах, кафе, пиццериях Кирова. лучшие кафе города

Исторические закладки

 

Вклад Вятской губернии в победу России в Отечественной войне 1812 г. [Текст]: материалы межрегион, науч.-практ. конф., посвящённой празднованию 200-летия победы России в Отечественной войне 1812 г. (Киров, 6-7 сент. 2012 г.) / Кировский областной краеведческий музей; науч. ред. Т. А. Лебедева. - Киров: О-Краткое, 2012 - 136 с.

 

 Стр.69:

ВОЕННОПЛЕННЫЕ НАПОЛЕОНОВСКОЙ АРМИИ

В РОССИЙСКОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ

НА ПРИМЕРЕ ХОЛУНИДКИХ ЗАВОДОВ

ВЯТСКОЙ ГУБЕРНИИ

С. Н. Шулаков

 

В ходе Отечественной войны 1812 года и Заграничных походов 1813-1814 гг. в России оказалось большое количество военнопленных Великой армии, которых требовалось содержать. Большинство распоряжений о содержании военнопленных на территории России исходило из Министерства полиции за подписью главнокомандующего в Санкт-Петербурге и управляющего этим министерством С. К. Вязмитинова; а рассылка этих документов осуществлялась, в основном, через 3-й стол Особенной канцелярии Министерства полиции1. Одним из способов уменьшения казённых расходов на содержание военнопленных стало привлечение военнопленных к работе в российской промышленности. Для изучения вопроса об осуществлении мероприятий по самообеспечению военнопленных за основу взяты события в Вятской губернии, связанные с работой «французских военнопленных» на Холуницких заводах. Базовыми

 

 Стр.70:

материалами послужили документы из фондов Государственного архива Кировской области (ГАКО).

Основным документом, регламентирующим все вопросы содержания военнопленных на весь период их пребывания в России, стало циркулярное предписание С. К. Вязмитинова от 29 августа 1812 г.2, поступившее в Вятку за № 2423. Интересно отметить, что для полноценного исполнения этого постановления было привлечено и духовенство. В фонде слободского духовного правления в ГАКО есть документ4, в котором даются рекомендации церковнослужителям об объявлении мужчинам правил обращения с французами и ответственности за несоответствующие поступки. Приводится в этом документе и список с циркулярного предписания С. К. Вязмитинова № 242 от 29 августа 1812 г. Ещё хотелось бы заметить, что во многих документах того времени в отношении военнопленных Великой армии, когда речь не шла о пленных конкретной национальности, часто употреблялся обобщающий термин «французские военнопленные».

За несколько лет до войны 1812 г. в России на фоне ухудшающейся внешнеэкономической обстановки стало уделяться особое внимание развитию отечественного суконного производства5, но к началу войны дефицит в поставках для армейских потребностей качественного отечественного сукна оставался. Только в 1822 г. объём продукции суконных фабрик России впервые за всю историю отрасли превзошел казённый заказ6. С началом Отечественной войны потребности в сукне возросли, а части производств не стало; поэтому не удивительно, что привлечение военнопленных в российскую промышленность началось с вопроса «не знаетъ ли кто изъ нихъ суконнаго мастерства» циркулярным поручением С. К. Вязмитинова губернаторам от 10 декабря 1812 г., в Вятку за № 8447. Военнопленных, знающих суконное дело, было сравнительно немного. Так в Вятке на 5 января 1813 г. среди 901 военнопленного было выявлено 12 чел., работавших ранее на суконных фабриках8, что составило менее 1,4%. В остальных местах пребывания военнопленных ситуация была аналогичной и не могла существенно влиять на общую трудовую занятость военнопленных.

В связи с суровыми зимними условиями, после циркулярного предписания С. К. Вязмитинова губернаторам от 24 декабря 1812 г. (в Вятку за № 8959) движение военнопленных было приостановлено. Пленных пришлось размещать там, где они оказались на момент получения вышеназванного предписания. В конце 1812 - начале

 

 Стр.71:

1813 гг. уже безотлагательно стоял вопрос о необходимости уменьшения расходов на содержание военнопленных.

На основании мнения Кабинета министров, получившего высочайшее утверждение, С. К. Вязмитинов направил губернаторам циркулярное предписание от 14 января 1813 г. (в Вятку за № 167) «О распоряженияхъ касательно военнопленныхъ»10, по п. 2 которого необходимо было предложить пленным поступить по своим гражданским профессиям работать на фабрики и заводы, а в пояснении к п. 2 требовалось предложить в своей и в соседних губерниях всем заводчикам и фабрикантам взять в работу военнопленных, изъявивших желание у них работать. По получении этого предписания вятский гражданский губернатор и кавалер Иван Фёдорович фон Брадке 31 января 1813 г. посредством ордеров №№ 743-75211 предписал вятскому городничему и городничим всех уездных городов своей губернии, по сути, всё тоже самое, что было в предписании № 167 от 14 января 1813 г., добавив: «я надеюсь, что вы исполните оное со всевозможною точностью и ясностью без малейшего промедления времени». Также были направлены письма губернаторам соседних губерний с предложением взять в работы на их заведения пленных из Вятской губернии. Губернаторы же соседних губерний присылали аналогичные письма в Вятку12. Трудоустройство военнопленных оказалось сложным вопросом. Из уездных городов приходили рапорты с отрицательными результатами13. Губернаторы соседних губерний тоже отказывались брать в работу военнопленных14.

Слободскому уезду, по сравнению с другими уездами Вятской губернии, с трудоустройством военнопленных повезло. На Холуницких заводах Александра Ивановича Яковлева, внука Саввы Яковлевича Яковлева (Собакина), явно существовала нехватка людей, так как в 1810 г. в 60 верстах от завода устроен Чёрнохолуницкий завод (с 2-мя домнами и прочим оборудованием) и планировался, как минимум, ещё один завод (построено же было 2 завода: в 1814 г. Богородский в 3 вер., и в 1815 г. Нижне-Троицкий в 10 вер.)15. Купленные А. И. Яковлевым в 1811 г. в Вологодской губернии Вологодского, Кадниковского и Вельского уездов у Щербининой, дочери кн. Екатерины Романовны Дашковой, крестьяне (319 душ) отказывались повиноваться, считая, что проданы ему незаконно, и, когда он захотел в 1812 г. послать их на свои заводы в Вятскую губернию, дошли в неповиновении до вооруженного сопротивления (было убито 20 крестьян). Всё же, 200 человек, со слов крестьян, было послано

 

Стр.72:

на заводы, но вскоре их пришлось вернуть16. Ешё, одновременно с имениями в Вологодской губ., А. И. Яковлев купил у той же Щербининой 1150 душ в Череповецком уезде Новгородской губернии и в 1812 г. взял 167 человек, в основном из тех, кто не смог откупиться, на один год на Холуинцкие заводы. Действия нового хозяина вызвали в Череповецком уезде сопротивление крестьян, также переросшее в вооруженное столкновение. Было убито 25 крестьян. В связи со всеми этими событиями комитет министров запретил А. И. Яковлеву переселять крестьян на заводы при крепостном владении ими, а взятых туда приказал немедленно возвратить.

Предложение взять в работы пленных показалось А. И. Яковлеву заманчивым. Уже 6 февраля 1813 г., во исполнение предписания № 167 от 14 января 1813 г., военнопленные в количестве 20-ти человек (17 французов и 3 итальянца) были доставлены на Холуницкие заводы приставом Навалихиным, исполняющего должность вятского городничего, и сданы под роспись управляющему Ефиму Ваганову17. Это была первая партия военнопленных, которую заводская контора взяла на испытание. Слободской земский исправник Лунин сообщал об этом в рапорте № 64 от 11 февраля 1813 г. Вятскому губернатору: «естли назначаемая имъ при заводахъ работа, будетъ исправляема ими въ порядке и не покажется отяготительною»18. На момент отправления на Холуницкие заводы первой партии военнопленных в Вятской губернии было отпущено в работы, вместе с вышеупомянутыми, всего лишь 37 человек19.

С началом работы военнопленных на Холуницких заводах началось их непростое встраивание в существующую там систему трудовых отношений. 17 февраля 1813 г., т. е. через 10 дней после поступления военнопленных на завод, управляющий заводами Ефим Ваганов жалуется на то, что, хотя военнопленные одеждою и провиантом обеспечены «какъ должно» и работа не сложная, «кладка въкученки нарубленныхъ при томъ заводе дровъ», «считаютъ себя обиженными въ плате, и выпрашиваютъ противъ вольныхъ работ- никовъ тройственную, от работы отказываются... кантора же более пяти рублей в месяц на каждого сверхъ провианта и одежды имъ данной положить не можетъ»20. По предписанию № 167 от 14 января 1813 г. пленным полагалась плата или содержание «какое получаютъ работники и мастеровые тех ремеслъ къ которымъ они употреблены быть могут». Каким-то образом первые разногласия были сведены к компромиссу, так как контора рапортом № 167 от 21 марта 1813 г. вятскому губернатору согласилась «принять изъ таковыхъ

 

 Стр.73:

ещё до 250-ти человек к рубке куренныхъ и плющиленных дров и скобке руды» на тех же условиях, а для присмотра было запрошено 2 унтер-офицера21. Опыт управления в 1813 г. показал, что для управления военнопленными требуется значительно большее количество унтер-офицеров.

26 марта 1813 г, слободскому земскому исправнику Лунину из Вятки направлено поручение № 2071 о препровождении в Холуницкий завод 250 пленных и надзоре за ними при нахождении их в работах на заводе22.

30 марта 1813 г. контора приняла 128 военнопленных (78 чел. из Вятки и 50 чел. из Слободского)23. В письме от 31 марта 1813 г. вятскому губернатору Александр Яковлев сообщает о личном участии в приёмке военнопленных и отправлении нескольких больных в лазарет, а также сетует на недопоставку 122 чел. и нерасторопность в этом слободского городничего24. Вятский губернатор, узнав о недопоставке военнопленных А. И. Яковлеву, 5 апреля 1813 г., указав слободскому городничему на его неисполнительность и сообщив, что Главнокомандующему о предписанной отсылке людей в завод уже доложено, требует «чтобы непременно повеленное число тотчас было туда отправлено» и вместе с ними был отправлен пленный унтер-офицер Кантенерь. Здесь же он рекомендует получить от пленных согласие работать на Холуницких заводах и советует внушать пленным, что в случае «кои здесь не пожелаютъ поместиь себя въ подобные работы, будутъ посланы въ Москву и прочие французомъ разоренные города для работъ»25. В связи с пережиданием вскрытия реки Вятки26, только 19 апреля 1813 г. удалось доставить на завод 118 военнопленных27. 25 апреля 1813 г. была произведена отправка на замену больных еще 18-ти здоровых пленных28, а далее таких прямых замен здоровых на больных не найдено. В рапорте от 28 апреля 1813 г. Главнокомандующему сообщается об отпущенных в работы в Вятской губернии 355 военнопленных, из которых 250 человек (70,4%) приходились на Холуницкие заводы29, что свидетельствует об основной роли этих заводов в избавлении казны губернии от расходов на содержание пленных. Интересно отметить и то, что сведения о необходимых в работы пленных мастеровых конкретных специальностей, запрашиваемые у Холуницкой заводской конторы по указу губернского правления № 9402 от 29 марта 1813 г., поданы были ею лишь к началу мая 1813 г.: 2 плотника, 2 каменщика, 1 каретник, 1 огородник, 5 столяров и 1 кузнец30. Это свидетельствует о том, что взятые ранее на заводы 250 человек, без претензий на их

 

Стр.74:

специальности, требовались для общих работ, и подтверждает общую нехватку людей на Холуницких заводах.

На Холуницких заводах военнопленные оказались в системе сложившихся отношений и, скорее всего, особенно в начальный период, стали подвергаться управлению на основе укоренившихся методов. С 28 апреля по 11 июля 1813 г. здесь умерло 14 военнопленных31, но далее сведений об умерших военнопленных, кроме одного в июне 1814 г., не найдено. Почему их смертность могла вдруг прекратиться, будет сказано ниже. Тело умершего 29 июня 1813 г. Пьера Вертоня (Пьер Вертонь - третьий по списку из вышеназванных 14-ти умерших) было предано огню32. Можно предположить, как с точки зрения санитарной профилактики, так и существовавшей атмосферы минимизации отвлечения от заводских работ, что были преданы огню тела всех умерших при заводе пленных армии Наполеона, и захоронений в землю, то есть могил, как таковых, может и не существовать.

У большинства заводчан была судьба крепостных или горнозаводских (посессионных) крестьян и тяжёлый труд при чугуноплавильных и железоделательных заводах. Даже управляющий заводами Ефим Васильевич Ваганов был дворовым человеком33. О тяжести работы на заводах А. И. Яковлева в то время говорит тот факт, что из 167 крестьян, взятых в 1812 г. на заводы из Череповецкого уезда Новгородской губернии, вернувшиеся через год, сообщили, что несколько их товарищей там умерло, а из крестьян, купленных в 1814 г. у двух помещиц Яранского уезда Вятской губ. и переселённых на эти же заводы, за год умер каждый шестой, что составило 77 умерших (см. сноску 16). Министр полиции Вязмитинов, во исполнение воли Александра I, предписывал губернаторам в отношении к пленным «чтобы не было чинимо ни какого притеснения» (см. сноску 3), «чтобы обыватели обходились с ними ласково и человеколюбиво» (см. сноску 9) и иметь в виду, что это «вольные люди, а не наши посесионные крепостные»34, при этом напоминалось «чтобы и пленные вели себя тихо и добропорядочно, не причиняя жителям ни малейшей обиды». Хозяин Холуницких заводов, управляющий, приказчики, надсмотрщики и казаки вполне могли об этом знать, так как и священнослужителям было предписано разъяснять «людям мужского пола», «чтобы они с пленными» «обращались согласно правилам» со всей ответственностью (см. сноску 4). Но как они это понимали? В то время в России на чугуноплавильных и железоделательных заводах, в том числе на Холуницких, значение тер-

 

 Стр.75:

мина «вольные люди» понять было сложно, и, особенно, в отношении «ласково и человеколюбиво». Отношение же Александра I, желавшего быть правителем с передовыми взглядами, к своему крестьянству сложилось так, что после первого десятилетия его правления те немногочисленные вольные люди, которые ещё существовали, после указа 9 апреля 1806 г. очень быстро оказались в числе крепостных или приписных крестьян. Труд же вольнонаёмных на заводах был сравним с трудом крепостных.

У пленных, вероятно, было несколько иное мировоззрение, в котором сохранилась ещё память о внушаемой им несколько лет их исключительности, что солдат Франции - «свободный», что «он повинуется только чести и закону» и что ему поручено освободить Россию от варваров35. В основном это были люди от 22 до 32 лет, то есть их личности формировались во время свершения Французской революции и послереволюционных преобразований с установлением «сильной» правительственной власти (Наполеона Бонапарта) в интересах общества, и, прежде всего, новых предпринимательских кругов и крестъян-собственников на основе новой законодательной системы. Классическая наполеоновская кодификация права формально действовала до середины XX в., а Наполеоновский уголовно-процессуальный кодекс был заменён только в 1958 г.36

Испытав на себе тяжесть работ при заводах А. И. Яковлева с существовавшими там особенностями управления, часть пленных стала искать выход из сложившейся ситуации. По свидетельству пленного Буларь Гуте, ещё в середине мая «онъ и все его товарищи хотели уйти изъ заводу», но присланные на завод казаки не позволили этого сделать. Один из казаков «ударил его саблею и просек ему спину на полвершка»37. Унтер-офицеру Антуану Кантонеру с товарищами удалось донести свою жалобу, в которой, в числе прочего, говорилось и о наказании палками за то, что они «по болезни не имеют возможности работать», до вятского губернатора, который, в свою очередь, предписал 4 июля 1813 г. слободскому земскому исправнику «немедленно отправясь в заводь произвесть там о притеснениях делаемых прикащиком Вагановым военнопленным французским строгое изслелование и представить неупустительно» ему, а «для удостоверения же подлинно ли не работаютъ там за болезнями», взять туда из Слободского пленного лекаря38. Числился там один пленный штаб-лекарь - Луи Боже39. Слободской земский исправник Лунин, непосредственный надзорный представитель власти на Холуницких заводах и весьма исполнительный чиновник, на-

 

 Стр.76:

чал вскоре, возможно уже на следующий день, расследование по жалобе Кантонера. С этого времени заводы оставались под пристальным вниманием властей до окончания нахождения там военнопленных.

В связи с тем, что жалоба дошла до властей, а та, в свою очередь, обратила своё внимание на условия пребывания военнопленных в работах на Холуницких завода, там начали происходить изменения, которые можно разделить на две группы. В первую группу можно отнести изменение поведения военнопленных, выразившееся, в частности, в том, что с 6 июля 1813 г. начались побеги40, в основном с явкой к городничим, в г. Вятку41 или г. Слободской. Во вторую группу можно отнести изменение в сторону облегчения условий нахождения военнопленных в работах, одним из проявлений которого стало то, что после 11 июля 1813 г. они перестали там умирать. Похоже, что заводская контора пришла в замешательство от ограничения её методов управления, да и слободской земский исправник не успел вовремя сориентироваться. 17 июля 1813 г. группа из 16 больных пленных «одни себе без всякого провожатого; равно и без бумаги и списковъ» явилась к слободскому городничему, что весьма озадачило его, так как он запросил помощи в разрешении данной ситуации у вятского губернатора42. Вятский губернатор, видя, что пленные с жалобами идут, а от слободского земского исправника нет никаких сведений о расследовании, направляет 17 июля 1813 г. ему предписание уже жёсткого, почти ультимативного характера с требованием «немедленно отправясь», «тотчасъ строжайше изследовать», приказчику заводскому разъяснить условия пребывания военнопленных в работах, недопустимости им «телесныхъ наказаниев, притяснениевъ», при этом не допускать «послабление или неточное исполнение», ещё выяснить причину нахождения пленных в негодных одеждах и где казённая, а также объяснить отправку больных с завода без «должнаго разспоряжения»43.

20 июля 1813 г. Лунин произвёл опрос под роспись 27 военнопленных в Чёрнохолуницком заводе (менее 20% от находящихся там), при переводе унтер-офицером Дюбельсоном, присланного специально для этого из г. Вятки. Все из опрошенных показали, что их били: одних палками, других розгами, кому-то досталось лопатою, кому-то и саблею, а некоторым просто кулаками. Кого-то били за всё время 1 раз, кого-то 2, а одного 4 раза. Наиболее частой причиной такого их наказания называли: невыход на работу по болезни,

 

Стр.77:

желание уйти с завода, не полностью или неправильно выполненная работа и непонимание указаний. Многие не могли назвать тех, кто бил, но могли показать лично. Большинство жаловалось на задержку платы - 1 месяц и 20 дней. Одеждой, взамен износившейся, на заводе не баловали, но лапти и рукавицы давали сколько нужно. Ещё всех этих опрошенных расспрашивали о распространившемся между пленными слухе о том, что Наполеон в Санкт-Петербурге и о намерении их бежать туда, но никто не признался в распространении как слухов, так и намерении бежать в Санкт-Петербург44. 21 июля 1813 г. Луниным, при свидетельстве за стряпчего секретаря Вепрева, был проведён осмотр опрошенных накануне пленных на наличие на теле следов наказаний. Похожие следы нашли у Антуана Доминика и Жоржа Пера. В результате заключили, что «так какъ рана уже зажила определить не можно» и «отъ чего узнать нельзя»45. Далее 22 июля 1813 г. опрос военнопленных был продолжен в Холуницком заводе. Лунин при переводе Дюбельсоном опросил 10 пленных (менее 18% от находящихся), начав с унтер-офицера Антуана Кантенера, который рассказал, что после того, как он удержал надзирателя от битья других пленных, которые ему сказали о невыдаче им за 2,5 дня говядины, его вызвал к себе Ваганов, где и бил его нагайкою и ещё дал 20 розг. Остальные пленные показали примерно то же самое, что и в Чёрнохолуницком заводе, только здесь их не спрашивали о слухах про Наполеона46. В этот же день был проведён опрос главноуправляющего заводами Ефима Васильевича Ваганова, 34 лет от роду, и двух его помощников. Ваганов показал, что Кантенера не бил и другим бить не приказывал, пленных «содержал и содержу в лучшем виде», а почему Кантенер на него наговаривает - не знает, но предполагает, что тот не хочет смотреть за своими, а хочет жить в праздности, к которой «все они привычны». Помощники также ничего не признали47. В тот же день исправник Лунин приказал предоставить список всех надзирателей при Холуницком заводе48. По составленному приказчиком Родионом Портновым списку в 15 человек49 надзиратели были собраны на опознание военнопленными. Пять пленных признали пять надзирателей, а остальные никого не признали50. В итоге со всех надзирателей был взято клятвенное обещание по отношению к военнопленным - не бить и никоим образом не притеснять их51.

Привлекает внимание случай, произошедший на Белохолуницком заводе всего за день до приезда туда исправника Лунина из Чёрной Холуницы, где уже шло расследование. 21 июля 1813 г. утер-офицер

 

Стр.78:

Антуан Кантонер, идя «по заводской плотине въ пьяномъ виде встретился съ крепостнымъ малолеткомъ Федором Сивовымъ везущимъ на господской лошади въ фабрику дрова неизвестно за что схватя за волосы тасклъ его по земле сильнымъ образомъ». Крепостные и рабочие «оть дальнейших побоевъ его удержали»52. Приехавшему на следующий день исправнику Лунину Кантонер сказал, что ничего этого не было и с чего на него наговорено не знает53. В конце июля 1813 г. стало известно, что Кантонер в паре с рядовым Минелем опять избил крепостных54.

23 июля 1813 г. Холуницкая контора, не понимая, как в таких условиях управлять пленными, направляет рапорт Фёдору Ивановичу фон Брадке с просьбой направить на завод офицера «изъ такихъ же пленныхъ» для командования нежелающими работать «французскими военнопленными»55. 25 июля 1813 г. с Холуницкого завода бегут 11 военнопленных56. В этот же день слободской исправник Лунин рапортует вятскому губернатору о том, что и он не знает, как управлять военнопленными, находящимися в заводе, так как те завидуют находящимся в городе, беспрестанно самовольно уходят, работ надлежаще не исполняют, нарушают спокойствие, дерутся с жителями, по заводу ходят с прутками «и никаким запрещениям не внемлют» и просит снабдить его дополнительными правилами управления57. Похоже, что пленные, получив, по сути, самим фактом начала расследования поддержку властей, и уверившись, тем самым, в правильности направления своих действий, почувствовали себя довольно самоуверенно.

Вятский губернатор, находясь в жёстких чиновничьих рамках, обязанный осуществлять высочайшую волю в свете совокупности действующих указов, предписаний и прочих распоряжений, явно недовольный развитием событий на Холуницких заводах и, похоже, не понимая, почему всё так складывается и каковы причины, пытался сам как-то разобраться в ситуации. 27 июля 1813 г. Ф. И. фон Брадке посещает Холуницкий завод для встречи с пленными. Возвращаясь в Вятку, он 28 июля 1813 г. посетил в Слободском городскую больницу, где «освидетельствовавъ лично сам всех больных» расспросил их58, в том числе отобранных по разным болезням пленным лекарем на Холуницких заводах и сданных слободским земским исправником слободскому городничему59. Эти больные пленные жаловались, кроме всего прочего, на недоплаты за разные работы и ещё взимание променных денег при размене на медные деньги, хотя в то время это было обычной практикой. В тот же день 28 июля

 

Стр.79:

1813 г. вятский губернатор рассылает несколько предписаний: холуницкой заводской конторе60, слободскому земскому исправнику61, слободскому городничему два предписания62. От всех требует полного надлежащего исполнения, документального сопровождения и отчётности перед ним по всем вопросам содержания, передвижения и передачи военнопленных. Слободскому земскому исправнику было указано на слабость земской полиции в контроле за перемещениями военнопленных и было потребовано, чтобы беглые пленные не приходили в Вятку, а перехватывались ранее (сноска 61). Слободскому городничему предписано ещё было собрать у пленных, работавших ранее на Холуницких заводах, сведения о том, в каких они там «находились работах и поскольку каждому порознь производима была плата» (сноска 59). Инспектору Бастроглазову Вятской врачебной управы предписано было дать заключение со своими комментариями о болезнях и их причинах у назвавшимися больными пленных в Холуницком заводе и в г. Слободском63. Первой, в тот же день 28 июля, отчиталась Холуницкая заводская контора, обещая, в частности, всё исполнять и отчитываться «согласно предписанию», и тут же сообщала, что «налицо при заводахъ имеется ныне военнопленныхъ: При Чернохолуницкомъ здоровых 124, больныхъ 3, и при Халуницкомъ здоровыхъ 50, всего 177, человекъ»64. Вятская врачебная управа подаёт рапорт 3 августа 1813 г. со списком 20-ти больных с указанием болезней: б цинготных, у 4 раны после ожогов, 5 с простудной ломотой, у 1 лихорадка, 1 с порубом ноги, у 1 опухоль от ушиба, 1 с коликами в боку, 1 с венерической чесоткой65. Рапорт слободского городничего от 4 августа 1813 г. со списком на 54 человека (работали: 29 - в лесу, 15 - на углях, 10 - у молота) попал к вятскому губернатору только 6 августа 1813 г. В списке указана одежда, сколько ассигнациями получено (в основном от 5 до 10 руб., но есть и: 15 руб. - «Луй Босеть», 25 руб. - «Пьеръ Жоржъ» и 50 руб. - «Андре Беланже»), что бралось за промен в конторе по 15 коп., а в питейном доме 35 коп., а в конце приводятся выплаты за работы: «в лесу за рубку онаго» 22,5 коп., «въ молотовой работе» 30 коп., за жжение угля 15 коп.66

Вятский губернатор 4 августа 1813 г. докладывает Главнокомандующему в мягких тонах о том, что на Холуницком заводе «зделались военнопленные недовольными», указывает о бегстве оттуда 33 пленных (похоже, что эти данные несколько занижены. - Прим, авт.). Здесь же сообщается, что после собственного посещения заводов он «нашелъ главную причину чемъ они недовольны, что въ

 

 Стр.80:

место свежей говядины, давали имъ солонины по 3/4 фунта на человека, отъ чего, они полагали, зделалась у них цинготная болезнь» и «будто смотритель того завода съ ними обходится жестоко, что самое однакожъ не все их товарищи утверждали», «что болезни ихъ не столь важные, и можеть быть скрываютъ тутъ единственную ленность къ работе, чрез что казна терпит на них напрасные издержки». Докладывая С. К. Вязмитинову в начале документа о недостаточности проведённого расследования, в конце Ф. И. фон Брадке сооб-щает о начале нового под руководством губернского советника Трусова, «придавъ ему слободскаго городничаго Надервиля для перевода и общаго изследования всех сихъ обстоятельствъ»67. 6 августа 1813 г. вятский губернатор поручает надворному советнику Вятского губернского правления М. А. Трусову68 и слободскому городничему Надервилю69 провести окончательное расследование по жалобе «французских военнопленных» на Холуницких заводах.

Пока шла подготовка к расследованию 4 августа 1813 г. из Чёрнохолуницкого завода бежали 8 военнопленных. Недалеко от Климковского завода (сведений о работе там пленных нет. - Прим, авт.), трое из них напали на крестьянина Рычкова Демида и ограбили его70. Всех их, 8 человек, взяли на переправе против г. Слободского. Они жаловались, что «ихъ во время наряду на работу бьютъ, изнуряють безъ прерывною работою»71.

День 12 августа 1813 г. на Холуницких заводах оказался насыщен событиями. В тот день на Холуницкий завод приехали для начала расследования Михаил Анфимович Трусов с Надервилем. Их приезду явно не обрадовались. Ваганов не захотел с ними встречаться и уехал «не более какгь за несколько только минут» до их прибытия; а затем ещё и квартиру выделили чиновникам несоответствующую их званию72. На запрос в этот же день Трусовым у заводской конторы необходимых для начала расследования сведений73, по причине отсутствия Ваганова, был получен отказ74, но уже на следующий день основная информация о имеющихся при заводах пленных была предоставлена75. После встречи комиссии, в тот же день 12 авг., заводская контора написала вятскому губернатору рапорт об уходе 53 военнопленных с Чёрнохолуницкого завода (10 авг. - 45 чел. и 11 авг.-8чел.)76, а затем, в тотже день 12 авг., приняла, при «приказе изъ Слободскаго Земскаго Суда отъ 11 августа за № 1296», возвращённых 8 пленных, бежавших 4 авг. 1813 г.77 (с Чернохолуницкого завода)

На 13 авг. 1813 г., по сведениям, предоставленным Трусову от заводской конторы, насчитывалось в Холуницких заводах, вместе с

 

Стр.81:

8 возвращёнными, 119 пленных, из них: 22 чел. (+ 8 возвращённых) - при Холуницком заводе, 25 чел. - «у рубки дровъ въ копьинскомъ курене» в 15 верстах от завода и 64 чел. - в Чёрнохолуницком заводе. Кроме того, в прилагающемся здесь именном списке подробно указано кто в какой одежде прибыл на заводы и какая после была выдана; а по Холуницкому заводу указано, кто в какой работе находился: в карауле на угле - 3, у нагребки угля - 4, укладка дров - 1, возка дров - 3, возка соку - 1, битьё жести - 3, на барках за чугуном - 1, на барках за дровами - 4 (сноска 75).

Опрос пленных проводился Трусовым и Надервилем при переводе Дюбельсоном: 14 авг. - 20 чел. в Холуницком заводе и 25 чел. в копьинском курене; 16 авг. - в Холуницком заводе возвращённых беглых 8 чел.; 18 авг. - 59 чел. в Чёрнохолуницком заводе и 19 авг. - 40 чел. (из числа 53 бежавших с него) в г. Слободском78. Те, которые ранее опрашивались слободским земским исправником, показали тоже самое с небольшими добавлениями. Вновь опрошенные показали примерно то же, что ранее опрошенные, но про битьё говорилось совсем немного, пищею обеспечивались «безъ обидно», а основные сетования сводились к задержке платы и недостаточной выдаче одежды взамен износившейся. Следует отметить, что в период проведения расследования, связанные каким-либо образом с военнопленными документы, поступающие вятскому губернатору, пересылались им с сопроводительным письмом Михаилу Анфимовичу Трусову. По ходу расследования Трусов с Надервилем 17 авг. 1813 г. запросили у заводской конторы, «предоставить намъ немедленно», именной список всех военнопленных «сколько сначала и когда точно прислано было», в какой одежде присланы и какая выдавалась, когда и почему выбывали, о бежавших отдель¬но79. Список такой на 271 военнопленного был готов и представлен 21 августа 1813 г.80  20 авг. 1813 г. Трусов с Надервилем запрашивают у конторы отчёт на все выявленные в ходе расследования вопросы, связанные с выплатами и прочими денежными отношениями иоеннопленных в Холуницких заводах81. В тот же день, 20 авг., получен подробный ответ на все вопросы82.

18 августа 1813 г., в день проведения опроса пленных, в Чёрнохолуницком заводе произошло событие, которое сразу отразилось на содержании военнопленных в масштабе Вятской губернии. Все пленные, находящиеся здесь, в присутствии Трусова и Ваганова, «объявили, что они работать не будуть» и «сего числа въ работу не кышли»83. Это переполнило «чашу терпения» заводской конторы.

 

Стр.82:

Не видя «никакой благонадежности кроме навлечения неудовольствиевь» и того, «что и в заводскихъ мастеровыхъ взирая на поступки военнопленныхъ легко может последовать разстройство», контора военнопленных «содержать при заводахъ более не согласна». 21 августа 1813 г. направляет вятскому губернатору более подробный рапорт об отказе содержать военнопленных, в котором, в частности, сообщается, что в связи с «неправильными жалобами» и отвлечениями из-за следствия контора терпит большие неудобства и убытки от содержания военнопленных, которые «провизиею, одеждою, и платою, въ полной мере избольшимъ превосходствомъ противъ вольныхъ настоящихъ при заводе работниковъ довольствовались, но въ работе ежели и находились, то всегда исполняли оную съ неудовольствиемъ ленностью и огуршествомъ», и, в конце документа, «просить покорнейше кому следуетъ всехъ ихъ оть канторы приказать принять»84.

22 авг. 1813 г. Трусов с Надервилем рапортовали вятскому губернатору о результатах расследования. Рапорт довольно интересный и скрупулезный, из которого следует, что основная суть недовольства военнопленных и их желаний в том, что «довольно уже поработали» и «хотя и менее получать, но быть в праздности», то есть на казённом содержании в городе. Здесь же сообщается об отказе заводской конторы содержать военнопленных и отзыве их от работ85.

За отказом конторы содержать военнопленных при заводах вначале возникли проблемы у слободского городничего Надервиля - «куда оныхъ пленныхъ по явке поместить»86. Далее настаёт очередь вятского губернатора, который 25 августа 1813 г. приказывает в связи с этим и тем, что военнопленные «по городамъ неуравнительно, по количеству жителей во оныхъ состоять, сверхъ того ожидаются», начать перераспределение излишков пленных по уездным городам: из Вятки в Нолинск, из Слободского в Сарапул, из Орлова в Елабугу, «слободскому городничему особенно предписать, чтобъ онъ когда съ Заводовъ Г. Яковлева поступить военнопленные, то и ихъ препроводилъ бы въ Сарапулъ»87. Следом за этим документом, 1 сентября 1813 г., по той же причине отказа конторы от содержания военнопленных, выходит ещё один документ, в котором предписывается начать употреблять военнопленных в городовые работы для приведения общественных мест в «надлежащую исправность», а платить им «изъ городовыхъ доходовъ», «изъключивъ тогда же с казенного» содержания88. Так началось привлечение «французских военнопленных» к благоустройству городов Вятской губернии.

 

Стр.83:

Но это не было завершением истории пребывания военнопленных в Холуницких заводах. Не следует забывать, что хозяин заводов А. И. Яковлев не смог в 1812 г. взять необходимое количество крепостных из Вологодской и Нижегородской губерний, а тех, которых тогда всё же взял, пришлось в 1813 г. вернуть (сноска 16). Через определённое время Ваганов, возможно, «остыл», да и хозяин заводов, очевидно, не заинтересован был лишаться, хотя бы и таких, но работников, поэтому какая-то часть пленных на заводе продолжала оставаться. Понимая, что Холуницкие заводы были главными в освобождении губернской казны от содержания военнопленных, вятский губернатор 1 октября 1813 г., в предписании заводской конторе о немедленном предоставлении сведений о том, почему они остаются в заводах, заметил, «что остаётся на воле канторы оной иметь ихъ у себя и на собственном ихъ желании остаться тамъ или нетъ»89. Контора ответила лишь 10 октября 1813 г., но в покорном тоне, и сообщила о желании оставить военнопленных у себя на зиму и о том, что полушубки уже заказаны, что «работы ныне исправляюгь они напорядокъ и безъпрепятственно», и ещё просила прислать знающего язык чиновника для «отобрания» у них согласия90. Далее наступает некоторое затишье в переписке, которое нарушается сравнительно небольшим происшествием - 9 ноября 1813 г. с заводов бегут трое военнопленных91.

С записки Ефима Ваганова от 22 ноября 1813 г вятскому губернатору между заводской конторой и военнопленными начинаются новые отношения. В ней сказано, что всё от хлеба до одежды выдаваться будет по справочным ценам «подъ ихъ заработки», а «провизовать и одевать в одолжение не обязывается», и далее указаны расценки, например, за кладку кученка - 3 руб. 50коп., и тут же поясняется, что «десяти саженный кученокъ легко можетъ въ день складываться десятью человеками». Здесь же указана оплата за рубку дров, за плющение железа, и работу при домне. В конце записки сообщается, что «на вышеписанном положении... принять я могу до 250-ти человекъ»92. 25 ноября 1813 г. Ф. И. фон Брадке предписал орловскому и слободскому городничим объявить военнопленным условия работы93.

На начало января 1814 г. на Холуницких заводах находилось 23 военнопленных94. Новое наполнение заводов военнопленными на перечисленных выше условиях началось с 20 чел. (в том числе 1 унтер-офицер), отобранных слободским городничим95 из 320 человек, находящихся в то время в г. Слободском96. В Холуницкий

 

Стр.84:

завод они явились 10 января 1814 г. в сопровождении слободского земского исправника Лунина97. Затем были отобраны ещё 11 пленных98, которые 22 января 1814 г. принимаются Холуницкой заводской конторой.

13 февраля 1814 г. из Слободского в Холуницкий завод отправляется 62 военнопленных. Среди них 2 женщины - «Розе Дионизио» и «Бард Вагнеръ». Из казённой одежды за женщинами значится по одному тулупу99. Сопровождал эту партию член земского суда100. 14 февраля они явились в завод, где их приняли от заседателя Слободского земского суда Лефебра101. Среди присланных 22 января и 14 февраля военнопленных было ещё 4 унтер-офицера102.  Далее, в 1814 г., на Холуницкие заводы были отправлены: 8 апреля - 35 чел.103, до 25 апреля - 34 чел. (5 унтер-офицеров)104, 20 мая - 44 чел.105 и до 1 июня - 41 чел. (в том числе 4 унтер-офицера)106. За всё время, с начала января, найдено только одно упоминание о возвращённых - 2 чел. в марте (1 унтер-офицер и 1 рядовой)107. Таким образом, на начало июня 1814 г. на Холуницких заводах могло находиться военнопленных, вместе с зимовавшими там, 268 человек, причём, в их числе насчитывалось не менее 13 унтер-офицеров, то есть примерно на 20 военнопленных 1 унтер-офицер.

29 мая 1814 г. вятскому губернатору поступил документ от Главнокомандующего С. К. Вязмитинова «о возвращении военнопленныхъ» № 1517 от 13 мая 1814 г. - «чтобы все безъ изъятия...»108.

О  том, как долго находились военнопленные на Холуницких заводах в 1814 г., пока нет сведений, кроме того, что 11 июня 1814 г. слободской земский исправник сообщал, что умер один «изъ числа находящихся на холуницмъ заводе въ работе военнопленныхъ»109.

В связи с тем, что 2 сентября 1815 г. в Вятскую губернию (в г. Орлов) прибыли 137 «французских военнопленных» из Пскова110, остановленных там в средине июня 1815 г. по указу № 260 от 25 мая 1815 г. С. К Вязмитинова и направленных оттуда «через Вологду в Вятку»111, Холуницкая заводская контора предложила прибывшим военнопленным поработать в заводах (на основании прошения заводской конторы в 1815 г. вятскому губернатору, военнопленным предлагалось кроме рубки дров 3-х аршин с платою 1 руб. 50 коп. с одной сажени, заниматься ещё земляными работами по 50 коп. в день), но желающих не нашлось112,113.

Противоречия по условиям содержания военнопленных, которые приходилось разрешать губернаторам, можно показать на примере 2-х предписаний от Главнокомандующего. В одном (он касал-

 

Стр.85:

ся именно заводов А. И. Яковлева), говорилось, что «на заводы следуетъ употреблять техъ только военнопленныхъ кои добровольно изъявятъ на то желание»114. В другом, относительно одежды для военнопленных, требовалось, чтобы все военнопленные, кроме увечных и совсем дряхлых, «исправлять себе оную должны изъ зарабатываемой платы»115. Получается, что пленные должны были работать только по своему желанию, а с другой стороны - все способные работать обязаны были работать. Такая стояла непростая и противоречивая задача.

Особо необходимо уделить внимание одному из интересных вопросов относительно работ «французских военнопленных» на Холуницких заводах. Существует укоренившееся мнение, что Богородский завод официальной даты постройки 1814 года строили «французские военнопленные» или с их помощью. Нам представляется это сомнительным. При строительстве заводов в то время было много трудоёмкой, ответственной и опасной работы. Тут нужен был только проверенный надёжный работник, которого можно заставить выполнять любую работу. Маловероятно, чтобы им мог оказаться «французский военнопленный» - скорее всего только крепостной или кто-то из вольноживущих. Это является основным объяснением, подкреплённым вышеизложенными фактами, того, что при взятии большого числа неквалифицированных работников из числа военнопленных, нет сведений о привлечении их в какое- либо строительство. Из вышесказанного можно заключить, что в строительстве Богородского завода «французские военнопленные» не участвовали. Есть сведения, требующие дополнительной проверки, о том, что во время нахождения на заводах пленных в 1813 г. Богородский завод уже был построен и работал116.

В завершении обзора событий, хотелось бы упомянуть о двух, принявших Российское подданство «французских военнопленных», работавших на Холуницких заводах - Франсуа Виле и Франсуа Сюрьмо.

Франсуа Виле прибыл 8 декабря 1812 г. в Вятку из Тамбова117. С 30 марта 1813 г. какое-то время находился в работах на заводе. При опросе в Слободском говорил, что работал на угле. В конце июля 1813 г. «рядовой Франсуа Виле объявил желание быть российским подданным и прописаться в г. Слободском в число мещан»118.

Франсуа Сюрьмо. 19 лет. Родом из Льиля. Рядовой «1-го Егарскагоконнаго 1-го Корпуса». В плен взят в Кенигсберге»119. На Холуницкий завод прибыл 10 января 1814 г. Рапортом заводской кон-

 

 Стр.86:

торы от 26 мая 1814 г. сообщалось, что «рядовой Франсуа Сюрьмо от роду 19 лет... дал подписку...» пожелал принять российское подданство120.

Хотелось бы отметить в конце, что, несмотря на столь непростые взаимоотношения и российскую действительность того времени, «французские военнопленные» становились россиянами.

 

Примечания:

1    Бессонов В. А. Нормативные документы, определявшие содержание военнопленных в Российской империи в 1812 г. // Отечественная война 1812 г.: источники, памятники, проблемы. Бородино. 1999.

2    Там же.

3    ГАКО. Ф. 582. Оп. 7. Д. 80. Лл. 1-1 об.

4    ГАКО. Ф. 243. Оп. 1. Д. 362. Лл. 1-4. ,

5    Рыбаков Ю. Я. Промышленное законодательство России первой половины XIX

века. М.: Наука, 1986. С. 28-29.-

6    www.bogorodsk-noginsk.ru - Богородск-Ногинск. Богородское краеведение / Народное хозяйство/ Фабрично-заводская промышленность и торговля / Шерстяное производство.

7    ГАКО. Ф. 582. Оп. 7. Д. 18.Л.1.

8   Там же. Лл. 5,6,6 об.

9    ГАКО. Ф. 582. Оп. 7. Д. 80. Лл. 31-31 об.

10   ГАКО. Ф. 582. Оп. 7. Д. 18. Лл. 29-31.

11  Там же. Лл. 33-34.

12  Тамже. Л.116.

13  Там же. Лл. 168,171,172.

14  Там же. Л.174.

15   Холуницкие горные заводы наследников действительного статского советника

Альфонса Фомича Поклевского-Козелл Вятской губернии Слободского и Глазовского уездов. Вятка: Губернская тип. 1896.116 с.

16   Семлевский В. И. Волнения крестьян в 1812 г. и связанные с Отечественной войной. //«Отечественная война и Русское общество». Юбилейное издание. Том V.

Издание Т-ва И. Д. Сытина. Типография Т-ва И.Д. Сытина. Пятницкая ул. с. д. Москва. 1911 //Переиздание Артели проекта «1812 год». Москва. 2008-2009. С. 74-113; Волнение между крестьянами, купленными заводчиком Яковлевым у помещиц Яранского уезда Свешниковой и Рехенберг. Столетие Вятской губернии. Сборник материалов к истории Вятского края. Вятка. 1881. Т. 2. С. 490-507.

17   ГАКО. Ф. 582. Оп. 7. Д. 18. Лл. 109,109 об.

18   Там же. Лл. 92,92 об.

19   Там же. Л. 163.

20   Там же. Лл. 93,93 об.

21   Там же. Л. 176.

 

Стр.87:

22   Там же. Лл. 290-290 об.

23   Там же. Л. 277.

24   Там же. Лл. 286-286 об.

25   Там же. Лл. 305-306.

26   Там же. Лл. 322-322 об.

27   Там же. Лл. 312-312 об.

28   Там же. Лл. 325-336 об.

29   Там же. Лл. 333-336 об.

30   Там же. Лл. 346.

31   ГАКО. Ф. 582. Оп. 7. Д. 42. Лл. 48-48 об.

32   ГАКО. Ф. 582. Оп, 7. Д. 11. Л. 503-503 об.

33   ГАКО. Ф. 582. Оп. 7. Д. 42. Лл. 48-48 об.

34   Сироткин В. Г. Судьба французских солдат в России после 1812 года// Вопросы

истории. 1974. № 3. С. 131-132.

35   Земцов В. Н. Россия и русские глазами французов в 1812 г. //Отечественная война

1812 г. Источники. Памятники. Проблемы. М. 2002. С. 97-106.

36   История государства и права зарубежных стран. Часть 1. Учебник для вузов. Под

ред. проф. Крашенинниковой Н. А и проф. Жидкова О. А. Мо¬сква. 1998.480 с. Глава 21.

Право Франции.

37   ГАКО. Ф. 582. Оп. 7. Д. 42. Л. 82 об.

38   ГАКО. Ф. 582. Оп. 7. Д. 42. Лл. 1-1 об.

39   ГАКО, Ф. 582. Оп. 7. Д. 11. Л. 247.

40   ГАКО. Ф. 582. Оп. 7. Д. 42. Лл. 8,10.

41   Там же. Лл. 3-3 об., 9.

42   Там же. Л. 6.

43   Там же. Л. 5.

44   Там же. Лл. 82-89 об.

45   Там же. Лл. 92.

46   Там же. Лл. 108-110.

47   Там же. Лл. 111-112 об.

48   Там же. Л. 113.

49   Там же. Л. 113 об.

50   Там же. Л. 114.

51   Там же. Л. 116.

52   Там же. Л. 140.

53   Там же. Л. 141.

54   Там же. Л. 138.

55   Там же. Л. 159.

56   Там же. Лл. 160-160 об.

57   Там же. Лл. 161-161 об.

58   Там же. Лл. 26-26 об.

59   Там же. Л. 162.

60   Там же. Лл. 26-26 об.

61   Там же. Лл. 22-23.

 

 Стр.88:

62   Там же. Л. 21.

63   Там же. Лл. 28-28 об.

64   Там же. Лл. 163.

65   Там же. Лл. 166-167.

66   Там же. Лл. 168-170.

67   Там же. Лл. 32-33 об.

68   Там же. Л. 35.

69   Там же. Лл. 36-36 об.

70   Там же. Лл. 192-192 об.

71   Там же. Лл. 230-230 об.

72   Там же. Лл. 41-43.

73   Там же. Лл. 203-203 об.

74   Там же. Л. 205.

75   Там же. Лл. 216-219 об.

76   Там же. Л. 50-50 об.

77   Там же. Л. 49.

78   Там же. Лл. 220-221; 224-226 об.; 231-232; 250-253; 254-260.

79   Там же. Л. 246.

80   Там же. Лл. 268-275 об.

81   Там же. Л. 263-264.

82   Там же. Лл. 263-264.

83   Там же. Л. 258.

84   Там же. Лл. 59-60.

83   Там же. Лл. 71-72 об.

86   Там же. Л. 58-58 об.

87   Там же. Л. 70.

88   Там же. Лл. 287-289 об.

89   ГАКО. Ф. 582. Оп. 7. Д. 18. Л. 409.

90   Там же. Лл. 410-410 об.

91   Там же. Лл. 451-451 об.

92   Там же. Лл. 459-459 об.

93   Там же. Лл. 454,454 об.

94   ГАКО. Ф. 582. Оп. 7. Д. 69. Л. 53.

95   ГАКО. Ф. 582. Оп. 7. Д. 18. Лл. 470-470 об.

96   ГАКО. Ф. 582. Оп. 7. Д. 69. Лл. 74-75.

97   ГАКО. Ф. 582. Оп. 7. Д. 18.Л. 486.

98   Там же. Лл. 474,475.

99   Там же. Лл. 502-504.

100  Там же. Л. 506.

101  Там же. Л. 507.

102  ГАКО. Ф. 582. Оп. 7. Д. 69. Лл. 112-13 об.

103  ГАКО. Ф. 582. Оп. 7.Д. 18. Лл. 508-509 об.

104  ГАКО. Ф. 582. Оп. 7. Д. 69. Лл. 180-181.

105  Там же. Лл. 228-229 об.

 

Стр.89:

106  Там же. Лл. 249-252.

107  Там же. Лл. 141-143.

108  ГАКО. Ф. 582. Оп. 80. Д. 3. Лл. 189-192.

109  ГАКО. Ф. 582. Оп. 7. Д. 80. Л. 46

110  ГАКО. Ф. 582. Оп. 7. Д. 91. Л. 40.

111  Там же. Лл. 19,19 об.

112  Там же. Лл. 152,152 об.

113  Там же. Л. 153.

114  ГАКО. Ф. 582. Оп. 80. Д. 3. Л. 111.

115  Там же. Л. 137.

116  ГАКО. Ф. 582. Оп. 45. Д. 72. Лл. 43 об.-44.

117  ГАКО. Ф. 582. Оп. 7. Д. 42. Лл. 180,281,282.

118  ГАКО. Ф. 582. Оп. 7. Д. 3.

119  ГАКО. Ф. 582. Оп. 7. Д. 11. Л. 203

120  ГАКО. Ф. 582. Оп. 7. Д. 3. Л. 118



На главную Написать письмо Добавить в избранное

Адрес музея: г. Белая Холуница, ул. Усатовой д. 2,
Телефон: 8 (83364) 4-30-84.  Напишите нам:  bhmuzey@mail.ru